Указаны цены за места в партер с 1 по 15 ряд, середина.

Схема зала

Форма заказа

Репертуар 

РЕЦЕНЗИИ НА СПЕКТАКЛИ        

«Смешанные чувства»

Коммерсант, 13 октября 2003 года
«Инна Чурикова осталась приличной актрисой в неприличной пьесе»

На сцене Театра эстрады прошла премьера спектакля Театра Антона Чехова «Смешанные чувства». Бенефис актрисы Инны Чуриковой, отметившей на днях свой юбилей, стал для нее, по мнению МАРИНЫ ШИМАДИНОЙ, проверкой на прочность.
Она разменяла седьмой десяток. Он истратил его уже наполовину. Она потеряла любимого мужа и лучшую подругу. Он – единственного друга и преданную жену. Их связывает память об общих покойниках и тридцать лет дружбы семьями. Она ставит на себе крест и хочет бежать от воспоминаний в другой город. А он пытается доказать, что для них еще возможно общее будущее, в котором может найтись место и для любви, и даже для секса. Последнему пункту в пьесе уделено особое внимание. Герой хвастается своими любовными подвигами и всячески старается показать, что его «большой Билл» все еще ого-го. Героиня, поддавшаяся-таки соблазнам, потом устраивает настоящий разбор полетов, как в школе, оценивая способности своего партнера в баллах.
Комедия Ричарда Баэра, американского драматурга с русскими корнями, который лично впервые прилетел в Москву на российскую премьеру своей пьесы, верх пошлости даже для нашей видавшей виды сцены. В руках мастера антрепризы Леонида Трушкина и звезды эстрады Геннадия Хазанова она и вовсе рисковала превратиться в продукт категории «Б». Поэтому в голове не укладывалось, как Инна Чурикова, актриса в высшей степени щепетильная, разборчивая в литературном материале, привыкшая к крепкой режиссерской руке Марка Захарова и надежному плечу суперпрофессиональных партнеров-ленкомовцев, могла решиться отметить свой юбилей столь сомнительным проектом. Но все оказалось не так страшно. Леонид Трушкин не стал педалировать вульгарные детали сюжета и скромно самоустранился из спектакля, оставив артистов наедине друг с другом и пьесой. И первые успешно справились с последней.
Инна Чурикова даже этот неприличный текст умудряется произносить с присущим ей чувством собственного достоинства. Она говорит то озорно и лукаво, то вдумчиво и серьезно, то смущается, как девочка, но ни разу не позволяет себе тех вульгарных ужимок, с которыми некоторые наши артистки порой читают самый невинный текст. За всей этой чепухой Инна Чурикова играет женщину с большой буквы, способную тридцать лет хранить верность мужу, а в шестьдесят влюбиться снова, строгую к себе, но всепрощающую по отношению к другим, не молодящуюся, но и не потерявшую вкуса к жизни – красивым нарядам, танцам и малине в феврале.
Геннадий Хазанов тоже неожиданно показал себя артистом не только эстрадного жанра. То есть он, конечно, как обычно строит смешные рожи, изображая то разбитого радикулитом старика, то игривого ловеласа. Но, когда он постепенно избавляется от своего голубого спортивного костюма, нелепого еврейского акцента и повадок кривляки-фигляра, в его герое сквозь маску шута горохового, которой он привык защищаться от действительности, проступает растерянный и беззащитный человек. Он терпит любовную неудачу и, боясь потерять единственного близкого ему человека, цепляется за соломинку – выкрадывает ее авиабилет и пытается подкупить рабочих, которые уже выносят из комнаты мебель.
Комедия оборачивается мелодрамой, не самым подходящим жанром для истории о пожилых людях. Эта вечная тема возраста, одиночества и потребности в любви помнит куда более сильные решения – достаточно вспомнить легендарную мхатовскую постановку пьесы Освальда Заградника «Соло для часов с боем» с Ольгой Андровской и Михаилом Яншиным или спектакль Театра Моссовета «Дальше – тишина», в котором блистала Фаина Раневская. Но нынешняя бенефициантка Инна Чурикова решила взять смелостью. Действительно, не каждая актриса такого ранга решится в свой юбилей вместо того, чтобы мирно почивать на лаврах, покинуть родной театр и пуститься в рискованную авантюру с незнакомыми попутчиками. Инна Чурикова решилась и не проиграла.
Леонид Трушкин заманил в свои сети театральных звезд.
------------------------------------
Новые известия, 13 октября 2003 года
Александр Дабов
«Не Гамлет»

Успех спектакля «Смешанные чувства» с участием Хазанова и Чуриковой был запрограммирован
На сцене Театра эстрады в минувшую пятницу состоялась премьера Театра Антона Чехова – «Смешанные чувства» американского драматурга Ричарда Бауэра. В центральных ролях заняты Инна Чурикова и Геннадий Хазанов, которые обеспечивают спектаклю успех.
У режиссера Леонида Трушкина своя стезя в искусстве, и он идет по ней уверенно и победоносно. Он всегда знал, как добиться внимания зрителя. Для этого использовал одно безотказное средство – «звезд». Он приглашал для своих проектов Людмилу Гурченко, Александра Ширвиндта, Олега Басилашвили, Ольгу Волкову и других. И зритель, конечно, шел на эти спектакли. При этом Трушкин ставил просто: в нужные моменты подпускал юмора, чуть-чуть вульгарности и, в конце концов, приобрел репутацию крепкого коммерческого режиссера.
Рядом с театром серьезным, коммерческий театр занимает, как это принято сейчас говорить, собственную нишу. Он имеет свою аудиторию, делает неплохие сборы, дает возможность (чего греха таить) заработать актерам. Но вряд ли Геннадий Хазанов, который играет у Трушкина уже не в первый раз, привлечен к новой премьере гонораром. Скорее всего, подустав от комедийных ролей, Хазанов решил поработать на драматической сцене. На сей раз в сети Трушкина также попалась Инна Чурикова.
Произведение американца Ричарда Баэра «Смешаные чувства» относится к разряду «хорошо сделанных пьес». Она имела успех на Бродвее и во многих странах мира. Эта пьеса – классический образец коммерческого искусства. Подобных пьес в мировом репертуаре немало. Мастером подобных историй в нашем театре был Алексей Арбузов. Они актуальны всегда; в них есть человечность, сентиментальность, и поэтому они безотказно действуют на любого зрителя. Трушкин, выбрав это произведение, действовал наверняка и стрелял по уже знакомой мишени. Режиссер учел все особенности зрительского восприятия, включая и то, что спектакль не должен никого утомить. Поэтому он уложил двухактную пьесу в полуторачасовой спектакль без антракта. Расчет был безупречным. В премьере «Смешанных чувств» Чурикова и Хазанов разыгрывают историю двух немолодых, одиноких людей. Он – вдовец, вспыльчивый, расчетливый, но с хорошим чувством юмора. Она – вдова, гордая и ранимая одновременно. Она собирается переехать в другой штат (дело происходит в Америке), он всеми силами пытается ее удержать. Для этого предлагает выйти за него замуж. В начале спектакля – это простой расчет. В финале – жизненная необходимость. В течение всего действа они ругаются и мирятся, долго выясняют, кто есть кто и кем были их супруги, чтобы, в конце концов, просто признаться друг другу в любви. Они понимают, как одиноки и необходимы друг другу. Поэтому-то под занавес она требует, чтобы он на ней женился. Здесь нет драматического надрыва, нет шекспировских страстей. Пришедшие в зал понимали, что и Хазанов – не Гамлет и Чурикова не Офелия. 

«Все как у людей»

Коммерсант, 2 ноября 2004 года
Марина Шимадина
Как в лучших парижских свинофермах

Театр Антона Чехова в театральной среде давно именуют театром Леонида Трушкина. И не зря. Честный труженик подмостков, режиссер Трушкин регулярно поставляет на столичный рынок развлечений антрепризные постановки, имеющие большой успех у публики. Изредка в репертуаре театра появляются классические названия, но надолго они не задерживаются. Гораздо лучше хрестоматийных произведений режиссеру удаются постановки хорошо сделанных коммерческих пьес. «Все как у людей» Марка Камолетти как раз из их числа. Это классическая комедия положений из разряда самоигральных. На рынке литературы для театра ее можно рекламировать так: просто добавь актеров и получи неизменно превосходный результат.
Коллизия пьесы не нова: все те же муж с любовницей и жена с любовником, оказываясь волей судьбы в одном доме, пытаются скрыть друг от друга свои амурные дела. Некто Бернард решает провести выходные вместе с молодой любовницей в своем загородном доме недалеко от Парижа, переделанном из бывшей свинофермы. Жену он отправляет проведать тещу, а для алиби приглашает к себе старого друга Роберта. Жена внезапно отменяет семейный визит, но находчивый муж решает не лишать себя приятных гостей, а просто выдать свою любовницу Сюзи за любовницу друга, не подозревая о том, что этот самый друг – любовник его собственной жены. Ситуация осложняется тем, что в доме появляется вторая Сюзи – приглашенная кухарка из агентства «Ешьте с нами». Не нужно ходить к гадалке, чтобы узнать: этих двоих обязательно перепутают, и в результате роскошная длинноногая дива окажется на кухне, а пацанистая прислуга будет изображать изящную даму в гостиной.
В этом многоугольнике актерские таланты – явно лишние. Где уж тут следить за психологическими нюансами актерской игры, когда дай бог не запутаться, кто кому приходится любовником. Нет, конечно, присутствие на сцене Геннадия Хазанова сильно украшает спектакль. Сразу видно – народный артист! Зрители рады каждому его жесту, движению или характерному выражению лица и начинают аплодировать, едва он появляется из-за кулис. Описывать здесь игру господина Хазанова не имеет смысла: если вы хоть раз видели его выступление по телевизору, вы без труда составите себе представление о ней. Выпученные глаза и вытянутое лицо, принесшие славу бывшему «студенту кулинарного техникума», остались при нем. И весь этот боевой арсенал артист пускает в дело, да так, что публика держится за животы. Остальные актеры стараются не отставать от мэтра и комиковать как можно жирнее и напористее. Из их числа, пожалуй, стоит выделить Ингу Оболдину, играющую разбитную кухарку. В последнее время она завоевала известность, исполнив роль Вари в «Вишневом саде» Эймунтаса Някрошюса, но театралы со стажем, видевшие госпожу Оболдину в спектаклях Гарольда Стрелкова, знают ее как интересную характерную актрису. Леонид Трушкин, конечно, не открыл в ней новых талантов, но старые использовал с умом. По крайней мере, в компании остальных штампованных персонажей героиня Инги Оболдиной выглядит самой живой и смешной.
Но не будем придираться к артистам. Они же, в конце концов, не на экзамене по актерскому мастерству. От режиссера в такой ситуации тоже странно было бы требовать чего-то особенного – ни на какие «Золотые маски» он не претендует и работает не для критиков, а для простого народа. И народ, судя по хохоту во время представления и охапкам цветов на поклонах, доволен и благодарен. После тяжелой трудовой недели каждый человек имеет право на простой и приятный отдых, не напрягающий мозгов, не бередящий душу и не требующий никакой культурной подготовки. Чтоб было быстро и сытно, как в «Макдональдсе». У Леонида Трушкина он этот fast-food отдых получает, и театру давно пора сбросить Чехова с афиши как давно пройденный этап.  

«Морковка для императора»

Культура, 8 декабря 2005 года
Ирина Алпатова
Остов Святой Елены
«Морковка для императора». Театр Антона Чехова

Считается хорошим тоном отметить свой юбилей если уж не бенефисом, то хотя бы новой ролью в премьерном спектакле. Геннадию Хазанову, который год усердно возделывающему драматическую ниву, в этом смысле повезло. В день своего 60-летия он вышел на сцену родного Театра эстрады в роли императора Наполеона в спектакле «Морковка для императора» Театра Антона Чехова, где в качестве режиссера, естественно, выступил неизменный Леонид Трушкин.
В одном из интервью Хазанов признался, что еще в годы учебы ему странным образом предрекали эту роль. Потом он взглянул в Наполеоны в знаменитом фотопроекте Екатерины Рождественской, и тогда об этом заговорил Трушкин. Поэтому артисту ничего не оставалось, как найти нужную пьесу и предложить ее режиссеру. Выбор пал на «Корсиканку» чешского драматурга Иржи Губача - произведение не слишком раскрученное, но все же появлявшееся на московских сценах: ее не столь давно играли в Малом театре, а также в Театре-студии киноактера. Кстати, обычно в Театре Антона Чехова предварительная игра велась по другим правилам: Трушкин сам определял, чем ему заниматься, а Хазанов соглашался с уже готовым назначением на роль. Признаться, его работы в этом коллективе были в основных чертах похожи друг на друга, хотя отнюдь не лишены профессионализма и темперамента.
Трушкина вкупе с Хазановым зачастую судили по законам, не ими самими над собой поставленным. Тем более что начинал режиссер, 15 с лишним лет назад создавший первый в современной России частный театр, достаточно красиво - с чеховского «Вишневого сада» с участием звезд отечественной сцены. Но окружающая реальность очень скоро внесла свои коррективы в бытие частного театра. И Трушкин отступил на позиции коммерческого репертуара и развлекательного спектакля - иначе не выжить. К тому же репутация Театра эстрады, где регулярно играются трушкинские спектакли, тоже располагает к зрелищам особого рода, не зацикленным на излишней интеллектуальности и беспрекословном серьезе. Вот такой компромисс, из которого и Трушкин, и Хазанов со временем научились извлекать выгоду и успех.
Но, вероятно, что-то все-таки не давало покоя по части не вполне реализованных творческих задатков. И пусть «Корсиканку», переименованную Трушкиным в «Морковку для императора», жанрово обозначили как «исторический анекдот», роль Наполеона, тем более периода Святой Елены, все же не вполне анекдотична и требует известного драматизма. И справедливости ради стоит отметить, что юбиляр Геннадий Хазанов оказался на своем месте, с задачей справился весьма успешно и попробовал явить публике какую-то иную грань своего таланта.
Лишь на одно мгновение, тщательно срежиссированное, он предстает перед зрителями в штампованно-хрестоматийном облике: треуголка, мундир, знаковая поза. Этакая ожившая картинка из музея. Но, действительно оживая, Наполеон - Хазанов тут же всячески избавляется от музейных штампов. Опальный император одет в простую белую рубаху и пребывает в столь же «непарадном» душевном состоянии. Он невесел, устал, меланхоличен, впрочем, все это не лишено достоинства: человеческого и императорского.
Наполеон - Хазанов почти не повышает голоса и не стремится «властвовать», даже если поведение немногочисленных подданных и противоречит любому известному этикету. Не слишком раздражается, но лишь устало отбивает очередные удары судьбы, скатившиеся на бытовой уровень: козы не доятся, куры не несутся, а парадный мундир выставлен на огород в качестве пугала и окончательно загажен птицами.
Впрочем, смирение и размеренность жизненного финала опального императора способна нарушить женщина по имени Жозефина (Мария Аронова), к тому же оказавшаяся корсиканкой, землячкой Наполеона. Завербованная многими антрепризами, Аронова, в отличие от Хазанова, новизной актерских откровений не блещет, укладываясь в штампы «бой-бабы». Не зря же ее героиня возведена императором в ранг генерала. Правда, этому Наполеону она нужна лишь как новый персонаж в монотонно тянущейся истории пребывания на острове Святой Елены, как случайный собеседник и отчасти зеркало, в которое тянет взглянуть, дабы увидеть не столько себя, сколько отражение результатов своих деяний. Для того самого «народа», представителем которого и является Жозефина - Аронова. В их бесконечных диалогах, темы которых скачут от кур до государственных свершений, Наполеон - Хазанов наконец-то будет оживать, избавляться от зимней спячки, азартно доказывать свою правоту, порой убеждаясь в обратном.
Эпизодическое присутствие на сцене других персонажей в этом действе мало что меняет, разве что добавляет комических красок, на которые Трушкин в этом спектаклей крайне скуп. Как весьма скупо и сценическое оформление Бориса Краснова - тяжелые металлические блоки-панели, видимо, намекающие на казематные условия жизни. Это красиво «сыграет» лишь в самом финале, когда блоки, изящно повернувшись, вдруг превратятся в паруса того корабля, что увезет Жозефину с острова.
А вот само действие, спроектированное Леонидом Трушкиным, на сей раз отчасти лишилось присущей режиссеру энергетики и сценического темперамента. Показалось, что Трушкин решительно шагнул прочь с проторенной развлекательной тропинки, что само по себе очень любопытно и ценно. Но другой дороги пока не обнаружил, заплутал в стилистической и атмосферной чаще. Любой спектакль Трушкина последних лет выполнен в броских режиссерских приемах, с массой трюков, вставных вокально-пластических номеров для качественного развлечения публики. В «Морковке для императора» остался лишь один подобный эпизод, когда Жозефина - Аронова учит Наполеона - Хазанова по-детски корчить рожи. А уж в этом им нет равных. У Наполеона, как известно, учился сам великий артист Тальма. Что уж говорить о Хазанове, признанном мастере комического жанра. Но до конца вытянуть психологические линии персонажей режиссеру все-таки не удалось. Он, кажется, полностью отдал их на откуп актерам. Когда они в ударе, все нормально. Но стоит чуть занервничать, спектакль тут же теряет воздух, как сдувшийся шарик.
Хотя, быть может, все это издержки юбилейных торжеств. Попробуйте-ка отрешиться от суеты, когда тебя рвут на части журналисты, а в зале полно друзей, коллег и «высоких гостей». Впрочем, помимо вышеназванных лиц, зал Театра эстрады до предела заполнила и обычная публика. А стойкие аншлаги в помещении на 1300 зрительских мест - не мечта ли его художественного руководителя? По крайней мере, она-то точно сбылась.

«Ужин с дураком»

«ELLE» ноябрь, 1998 г.
УЖИН С ДУРАКОМ", премьера состоялась 2 декабря 1998 г.

«Бессменный руководитель театра Леонид Трушкин любит современную пьесу и умеет с ней обращаться. ... Поэтому закономерно его обращение к комедии французского драматурга Франсиса Вебера. Ну а когда вы увидите актерский состав, подобранный режиссером, вы просто не сможете пропустить премьеру. ... Веселое импровизированное зрелище гарантировано!»
---------------------------------------
«The Moscow Times», 4 декабря 1998 г.
Джон Фридман

«Хазанов, один из величайших эстрадных комиков России, - идеальный Франсуа. Глаза неудачника, заискивающая улыбочка, слишком короткие брюки натянуты слишком высоко - внешний вид просто уморителен. Добавьте к этому присущее Хазанову удивительное чувство ритма пьесы, его интонацию, которая сама по себе является квинтэссенцией комедии, и его способность трансформировать наибанальнейшую задачу в предмет комедийного наслаждения. „Ужин с дураком“ стоит посмотреть именно ради этого. Это - развлечение - конфетка, и Хазанов - при содействии Басилашвили - делает его таким вкусным, что просто невозможно отказаться.
----------------------------------------
«Независимая газета» 8 декабря 1998 г.
Г.Заславский. «Незряшный ужин».

"...сегодня не хочется ругаться. Хочется, наоборот, хвалить: Трушкина - за Хазанова, Хазанова - за хорошую игру. Веру Воронкову, которая играет эпизодическую роль любовницы издателя Пьера (О.Басилашвили) - за то же. За то же - Анатолия Равиковича (он играет налогового инспектора Шеваля). Хотя первым номером в «Ужине с дураком» - конечно же сам «дурак» Франсуа, Геннадий Хазанов. ... то, что его любовь к драматической сцене может быть взаимной выяснилось только теперь. Мы говорим режиссеру «спасибо»! За отдых, за беспроблемность, за развлечение..."